Единства нередко лишен и творческий облик одного и того же мастера: вначале он работает в одной манере, а потом делается приверженцем другого направления. Бывало и так, что одни и тот же архитектор строил одновременно в разных стилях. Так делали иногда мастера 30-х гг. В творчестве некоторых архитекторов старшего поколения еще не полностью исчезла связь с модерном. Мы видим в их постройках дальнейшее развитие тех характерных для позднего модерна черт, которые наметились уже в архитектуре довоенных лет. В Эстонии строились в те годы еще и здания в стиле русского неоклассицизма. Около 1930 г. в архитектуру Эстонии проникают новые веяния.

Уже перед первой мировой войной в архитектуре Западной Европы начал складываться рационализм, получивший дальнейшее развитие после первой мировой войны в постройках функционалистов во главе с Ш. Э. Ле Корбюзье. Они выдвинули принцип максимальной целесообразности, строгого соответствия структуры здания задачам организации протекающих в нем производственных и бытовых процессов. Функционалисты полностью отказались от имитации, объявили войну украшательству и применению каких бы то ни было декоративных мотивов. Опираясь па достижения техники, они искали средства выразительности в лаконизме и контрастности форм, придавая основное значение конструктивно-технической основе здания и его функциональной организации.

Для построек функционалистов характерны простые геометрические формы, несущая фасадная стена, ленточное окно, строго выявленная архитектоника форм, белые плоскости фасадов.