Продовольствие все кончилось. Отдали собакам три последние банки пеммикана и 1 банку своего. У нас осталось не более поллитра керосина в примусе, 8Д банки пеммикана и немного чая. Галеты, сахар кончились уже давно, больше недели назад.

Вместо этого варим рис и едим его взамен хлеба по-китайски. Осталось еще несколько пли ток шоколада и с килограмм масла. На другой день, 19-го, погода ухудшилась.

Сильный северный ветер, густой туман, гололедка. Воды нагнало еще больше. Сидим, как зайцы на острове в водополье.

Всего хуже, что сильный ветер может поломать льды и унести нас в море, чего мы опасаемся больше всего. Собакам отдали последнее: масло, шоколад и пеммикан. Теперь осталась одна кружка риса, да и то неполная.

20 июля стало немного яснее, туман ветром разогнало. Воды тоже стало много меньше. Очевидно ее прогнало дальше к югу. Немедленно запрягли собак и потащились к видневшемуся километрах в пятнадцати острову Среднему. Через перемычку сани переволокли на себе и в 16 часов были уже дома. Наши товарищи встретили нас с распростертыми объятиями. По радостным восклицаниям и суетливой беготне по берегу, когда мы приближались, чувствовалось, что наше возвращение значительно позднее назначенного срока было неожиданным. В душе они нас, вероятно, уже считали погибшими. Однако, никто этих мыслей не высказал, и разговор при встрече носил обычный характер, как будто мы расстались всего несколько дней тому назад. От мыса Берга Журавлев доехал до дому, как и предполагал, в три перехода, как раз во-время, потому что на другой день после его приезда началась ростепель и дорога сразу испортилась. За наше отсутствие убито четыре медведя, так что мяса на корм собакам достаточно. Из новостей внешнего мира наиболее интересно сообщение, что в ближайшее время, вероятно в конце этого месяца, к нам должен прилететь дирижабль «Цеппелин» с русско-германской экспедицией. Вокруг Дома сухо, весь снег стаял уже давно. В доме от выкрашенных в белую краску стен и потолка светло и уютно. Лед у острова еще стоит, но, судя по водяному небу, на юг и запад километрах в десяти-пятнадцати должна быть открытая вода. Прилет «Цеппелина» и наши предположения. Охота на Голомянном. Научные работы на базе. Появление белух и охота на них. Шторм. Снова белухи. Медведь в гостях у магнитного домика. Отепление домика для зимних камеральных работ. Отдыхаем, моемся, бреемся и вообще приводим себя в культурный вид. За последний месяц условия маршрута были довольно трудны, так что бриться мы забыли, тем более что отсутствие морозов к этому и не побуждало. Собаки все лежат пластом, не поднимая головы, даже ничего не едят, хотя мяса имеется в изобилии- В последние дни маршрута они, видимо, дошли до предела истощения, и если бы дорога затянулась еще на 2—3 дня, нам, несомненно, пришлось бы добираться пешком, без собак. Погода улучшается, и туман стал подниматься. Тепло. В полдень в метеорологической будке термометр показывает + 5°. Тают последние остатки снега. От гигантского забоя вокруг дома осталась лишь небольшая куча с северной стороны. Водою для питья пользуемся из луж от талого снега на невзломанном льду пролива. Но когда лед взломает, придется собирать остатки снега, уцелевшие от забоев под обрывами острова. Впрочем, свежий долго ждать себя не заставит. Собаки начали понемногу оправляться. Поднимаются, тяжело бредут к мясу и понемногу едят. Можно надеяться, что поправятся, хотя едва ли все. У Голомянного под северным мысом открытая вода на запад и север до горизонта, о чем сообщил ездивший туда по льду Журавлев. На воде много нерп и зайцев, но убитые все мгновенно тонут, так что загарпунить удается очень немногих. Поэтому с охотой нужно немного повременить, пока зверь не станет жирнее. Мяса у нас достаточно, а для охоты хватит времени впереди.