Устанавливая самобытность архитектурных памятников периода феодальной раздробленности в Ливонии, следует все же подчеркнуть, что памятники эти в своей совокупности не образуют одной цельной, вполне однородной архитектурной школы с четко выявленными чертами и особенностями, школы, имеющей общий характер на всей территории страны. Единственной в какой-то мере цельной и однородной группой среди памятников ливонской средневековой архитектуры являются укрепленные замки, в первую очередь орденские; это объясняется тем, что при их постройке руководствовались главным образом чисто практическими (стратегическими) соображениями, а также тем, что возведением орденских замков руководили из одного центра, руководила одна власть. Итак, если памятники ливонского зодчества не представляют собой достижений одной цельной архитектурной школы с четко выявленными стилевыми особенностями, здесь можно все же различить однородные группы построек, ограниченные как в отношении рамок исторического развития, так и в отношении территориального распространения. Таким образом, можно говорить об отдельных школах. Некоторые монументальные постройки в больших городах (например, рижский собор) являлись частично образцами при постройке зданий меньших размеров в небольших городах или в сельских местностях.

Особо следует выделить поздние средневековые (XV и XVI вв.) постройки в Таллине, где бурный рост благосостояния бюргеров в тот период создал исключительно. благоприятные условия для интенсивной строительной деятельности. Постройки эти образуют замкнутую группу зданий с совершенно определенно выявившимися самобытными чертами. Таллинские постройки периода позднего феодализма и зависящие от них здания в провинции образуют самую значительную из этих архитектурных школ на территории Ливонии.

Можно говорить и о небольшой школе тартуской культовой архитектуры XIV в., к которой, кроме Тарту, относится и Вильянди.