Вся система отличается простотой, единообразием действия при разных условиях погоды и пути, требуя лишь знания коэффициента для перевода отсчетов счетчика в километры, являющегося для каждого прибора величиной постоянной. Отмерив на нашем острове рулеткой точно километр, я несколько раз прокатил наши одометры по промеренной дистанции и, таким образом, получил нужный коэффициент, оказавшийся равным 1,1 и 1,08 соответственно. Для работы по съемке изготовил специальную планшетную доску с монтированной на переднем краю посередине горной буссолью с диоптрами. Внутрь в вырез вкладывается тетрадь для записей и зарисовок, так что эту операцию можно делать, не вынимая ее, что имеет большое преимущество на морозе и во время ветра, когда раскрытые листы рвутся и треплются.

Тут же на доске на шнурках карандаш, линеечка и резинка, чтобы все было под руками. Такие мелочи на морозе значительно упрощают и облегчают работу, делая ее более продуктивной и точной. Из продовольствия отобрали 108 банок собачьего пеммикана чистым весом 324 кг, что составляет 20-дневный запас.

Для себя I ящик мясных консервов — 74 банки-—37 кг и прочего продовольствия (галеты, масло, сахар, пеммикан и т. д.) — 50 килограммов. Далее взято еще 100 кг мяса на корм собакам на первые дни, 2 бидона керосина 36 кг, палатка с палками 40 кг, научные инструменты 35 кг, личный груз (одежда запасная, белье и прочая мелочь) 30 кг, спальные принадлежности, хозяйственный груз около 50 кг. Всего набралось около 700 кг, или 230 кг на упряжку, что дает, грубо говоря, по 20 кг на собаку при упряжке в 12 штук.

Прибавляя сюда еще вес человека в одежде и сани, всего примерно 120 кг, получим дополнительно по 10 килограммов. Итого общая нагрузка на 1 собаку достигает у нас 30 килограммов. Вес небольшой и вполне под силу нашим собакам даже по сравнительно плохой дороге, если вспомнить, что в маршрутах Амундсена нагрузка на собаку доходила до 50 и даже 70 кг, у нас на Чукотке и на Колыме грузят 50 кг и более, а на Аляске иногда даже до 70—80 килограммов.

Начавшимся с 28-го свежим западным и юго-западным ветром, временами доходившим до силы шторма, вскоре нагнало густые льды, окружившие наши острова сплошной массой вплоть до горизонта. Лишь на запад видно водяное небо, указывающее на открытое здесь свободное от льда море. Напором льды у западного берега энергично торосит, нагромождая валы до 3—4 м высотою.

Ходов еще 27-го слышал работу Ленинградской коротковолновой станции на Крестовском острове, принадлежащей секции коротковолновиков-любителей, но все его усилия завязать с ней связь остаются пока безрезультатными. Очевидно нашу слабую станцию при наличии у них городских помех в виде разрядов трамваев, моторов и т. д. они не слышат. Зато с кологривским любителем и с Землей Франца-Иосифа регулярная связь поддерживается исправно.

Электропроводка от ветряка в дом и внутри его закончена. Теперь сидим с электрическим освещением. В середине комнаты горит большая лампа отраженного света в 100 свечей, кроме того проведен свет к рабочим столам, на кухню, на радиостанцию и в сени.

Комфорт полный. А ведь еще месяц с небольшим тому назад здесь был лишь пустынный островок среди полярного моря, куда только изредка забредал одинокий медведь в поисках пищи среди безбрежных ледяных просторов.